Выборг город печатного слова

1

Хотя в 2030-е годы наблюдался отток молодежи и творческой интеллигенции из Выборга и его окрестностей в Гельсингфорс и за пределы страны, центр Старой Финляндии (регион, включавший Карельский перешеек, Приладожскую Карелию и территорию от Выборга до реки Кюмийоки) оставался средоточием как русского предпринимательства, так и культурной жизни диаспоры.

Коммерции советник Ф.И.Сергеев, переселившийся в 1854 г. подростком из Ярославской губернии в Выборг, известен был не только как владелец табачной фабрики, пивоваренного и мыловаренного заводов, но и своим меценатством и благотворительной деятельностью. В первые годы независимости Финляндии Выборгский Русский реальный лицей и местная народная школа существовали главным образом на его пожертвования, полмиллиона марок выделил он и в фонд основания высшей школы в Выборге.

Православная Церковь получила 205 тыс. финских марок на сооружение храма на Ристамякском приходском кладбище. Не оставались без поддержки спортивные общества, любители драматического искусства и просто попавшие в беду люди. После Зимней войны заметная часть из наследства Ф.И.Сергеева перешла по дарственному завещанию его старшего сына Хельсинкской высшей коммерческой школе.1

Русские, постоянные жители Выборга и Карельского перешейка, были подвержены в меньшей мере шведско-финскому влиянию, чем, к примеру, выходцы из России в Гельсингфорсе. Из этого, конечно, не следует, что они жили совершенно автономно от основной части Финляндии. Упомянутый Ф.И.Сергеев, самоучка, не имевший даже начального образования, владел, кроме родного русского, финским и шведским языками, мог объясниться на немецком. Выборг с его многоязычным населением оставался интернациональным городом, что, видимо, облегчало адаптацию беженцев из революционной России.

Из общественных деятелей «беженского призыва» активностью в Выборге отличался бывший военный прокурор генерал С.Ц.Добровольский. Уже в мае 1921 г. он вошел в инициативную группу Союза трудовой интеллигенции Выборгской губернии, ставившую цель «объединить беженцев для трудовой взаимопомощи, дабы общими усилиями дать возможность каждому найти работу». Он же был секретарем существовавшего в 1923 г. Комитета русских организаций в Финляндии по оказанию помощи голодающим в России. С.Ц.Добровольский, входивший в правление местного Культурно-просветительного общества, был известен в Выборге и Гельсингфорсе как талантливый лектор. Его выступления затрагивали не только общественно-политическую проблематику. Наряду с такими докладами, как «Мартовская революция в армии» (1922), «Русская революция в свете событий Великой Французской революции» (1933), «Международное положение и эмиграция», «Возможные пути России в свете ее прошлого и настоящего» (1938), он выступал и с лекциями на художественно-литературные темы: «Леонид Андреев как беллетрист, драматург и гражданин» (1925), «О творчестве Н.С.Лескова» (1935), «О театре» (1936), «Достоевский в свете современности» (1936).

Жизнь в Выборге в 30-е годы была не менее насыщена культурными событиями, чем в Хельсинки. А сразу после революции и в начале 20-х город по наличию талантов не только не отставал, но, пожалуй, и лидировал, так как в столицу и в другие страны перебирались, как правило, вначале пожив какое-то время на Перешейке. В городском театре в 20-е годы были поставлены своими силами оперы «Пиковая дама» и «Евгений Онегин». Здесь выступали все знаменитости русской Финляндии: мастера балетной сцены и вокального искусства А.Сакселин, М.Пайшева, Г.Ге, О.Сальми, Н.Олчанов, Н.Бегичев, Е.Никитина, Л.Нифонтова, Б.Левицкий... Неизменную популярность в Выборге и Гельсингфорсе имела местная певица, «выборгский соловей» Фрида Сергеева, отметившая в 1936 г. 25-летие своей артистической карьеры.

2

В 1933 г. начал выходить литературно-общественный ежемесячник «Журнал Содружества». В отличие от 20-х годов, когда в Гельсингфорсе издавались, сменяя друг друга, главным образом ежедневные газеты («Голос русской колонии», «Русский голос», «Русская жизнь», «Рассвет», «Путь», «Новая русская жизнь», «Русские вести», «Новые русские вести»), в 30-е, после долгого «безголосного» существования (если не считать чисто церковных изданий), русская культурно-общественная жизнь отражается на страницах журнала, а центр печатного слова перемещается в Выборг. Выборгский журнал вначале ставил перед собой скромные задачи: «...поддерживать и защищать русскую школу». Представляя читателям издание, редакция подчеркивала, что «Журнал Содружества» «вне всякой политики (...) группирует вокруг себя русских людей, не желающих забыть родной язык и родную русскую культуру, забыть (...) что они русские».

Основателем нового журнала стало Содружество бывших учащихся Выборгского Русского реального лицея. Уже со второго номера ответственным редактором его значится получивший образование во Франции инженер-механик Ф.В.Уперов. С № 47 во главе журнала его брат Игорь Уперов. Эта фамилия была известна в Выборге. Их отца полковника В.В.Уперова, зятя коммерции советника Ф.И.Сергеева, знали как одного из самых активных и уважаемых общественных деятелей. Ему, умершему за год до начала выпуска журнала, и принадлежала мысль о создании подобного печатного органа. В июле 1933 г. редакция «Журнала Содружества», отвечая на открытое письмо, сообщает, что его тираж 200250 экземпляров, «журнал посылается в Эстонию, Латвию, Швецию, Чехословакию, Бельгию, Францию (во многие места, не исключая Парижа), Швейцарию, Центральную Африку (Конго), Южную Африку (Капштат) и С.А.С.Штаты. В Финляндии подписчики, не говоря о Выборге, имеются в Гельсингфорсе, Турку, Хамина, Сортавала, Кякисалми и других городах».** В числе сотрудников журнала названы вышеупомянутый С.Ц.Добровольский, архитектор А.Ф.Аленев, профессор П.В.Акимов, профессор А.Д.Руднев, директор лицея В.И.Рейхерт, педагоги С.А.Риттенберг и И.М.Карпинский, ученый-лесовод А.В.Сапожников, художник С.С.Добровольский...

Широкая география распространения провинциального издания объясняется, очевидно, тем, что выпускники Выборгского лицея, как правило, продолжали свое образование за пределами Финляндии. Например, корреспондент журнала В.В.Уперов, третий из братьев, учился в то время во Франции.

Уже в первые месяцы существования журнал был замечен газетой «Последние новости»:* «…кроме актуального и местного значения, эти тетради будут ценным материалом для того, кому придется изучать быт и жизнь эмиграции… Журнал издается с трогательным вниманием к внешности и производит самое симпатичное впечатление». В ноябре 1933 г. о нем пишет парижское «Возрождение»: «...достойно внимания и поощрения упорство, с которым организаторы журнала стараются поддержать культурную жизнь в одном из самых глухих углов русской эмигрантской провинции». В 1934 году газета «Последние новости» вновь помещает рецензию на выборгское издание: «…журнал, начинающий второй год своего издания, уже не развлечение, а серьезное культурное предприятие. По тому, с какой заботливостью он издается, и по тому, что в нем помещается, можно судить, что он находится в культурных руках».

В течение трех лет список зарубежных авторов выборгского издания вырос заметно. В нем печатались парижане Константин Бальмонт, Мирра Бальмонт, Раиса Блох, Ант. Ладинский, Сергей Шаршун, Леонид Ганский, Перикл Ставров, Юрий Терапиано, Виктор Мамченко, София Прегель, Юрий Мандельштам; литераторы из Ревеля Юрий Иваск, Борис Новосадов, Карл Гершельман; рижане Александр Перфильев, Николай Белоцветов, Ирина Сабурова; Сергей Горный из Берлина, Екатерина Таубер и Илья Голенищев-Кутузов из Белграда, варшавянин Лев Гомолицкий, Зинаида Шаховская (Брюссель), Петр Гладищев (Каир) и другие.

Заметную роль в формировании облика издания играла талантливая поэтесса Вера Булич, работавшая в Славянском филиале библиотеки Гельсингфорсского университета. В журнал она давала не только свои стихи, но и статьи: «Четвертое измерение (Памяти Андрея Белого)» (№ 16, 1934); «Алмазные слова (Лирика Ин. Анненского)» (№ 30, 1935); «Судьба поэта» (№ 50, 1937); «О зарубежной русской поэзии 1937 года» (№ 66, 1938).

Темы поэзии касался и Борис Новосадов. В статье «Мысли о советской поэзии», опубликованной в последний год издания журнала, он пишет: «И только одно имя можно поставить рядом с именем Н.Заболоцкого А.Твардовский. В поэзии этого певца современной советской деревни слышны отголоски некрасовской музы». Борис Новосадов, умерший спустя семь лет в советской тюремной больнице, оптимистически заключает: «...жива еще русская поэзия в С.С.С.Р., жива настоящая поэзия».

Любопытна фигура сотрудника журнала Северина Добровольского, сына генерала С.Ц.Добровольского. Он почти три года был представителем «Журнала Содружества» в Гельсингфорсе. Впервые в печати его имя упоминается в январе 1923 г. в газетной рецензии на любительский спектакль учащихся и преподавателей Выборгского лицея: «…особенно надо отметить воспитанников Добровольского, Максименко, Попера, очень типично изобразивших докладчика, председателя и оппонента». Подросток Добровольский увлекался не только театром, но и журналистикой. В заметке «Предшественники, или Грехи молодости», опубликованной в первом номере «Журнала Содружества», он рассказал о лицейских журналах школьных лет.

Подписывал Северин Добровольский свои материалы по-разному: Сев. Доливо, Сев. С.Доливо, С.С.Доливо, С.С.Д, С.Добровольский. С большой вероятностью можно предположить, что использовал он также псевдонимы Сид, Синеаст, -о-. Писал молодой автор рецензии и заметки в основном о событиях культурной жизни столицы. Правда, встречаются и пробы пера в области прозы: рассказы «Никки Дутиков» (№ 18, 1934) и «Суета сует» (№ 20, 1934). Будучи художником, Добровольский интересовался искусством оформления финских домотканых ковров. Об этом его статья «Финские рюйю» (№ 27, 1935).

Особо увлекал Северина Добровольского кинематограф. Примечательна его рецензия на фильм «Рейд Челюскина» (№ 23, 1934): «Фильм позволяет зрителю следить за каждым шагом этой экспедиции. Борьба со льдами, повседневная работа ученых, гибель «Челюскина», устройство на льдине аэродрома, прибытие первых летчиков из Вонкарэма все это заснято там на месте двумя отважными кинооператорами. Если бы не гнусавый голос советского толмача, объясняющего зрителю, что челюскинцы достигли того, чего достигли лишь благодаря "большевицким темпам", "большевицкому руководству", если бы не изредка мелькающая богомерзкая физиономия Куйбышева, председателя комиссии по спасению челюскинцев фильм этот оставил бы цельное, радостное впечатление. Жив русский дух, несмотря на все ухищрения кремлевских заправил. Честь и слава героям-челюскинцам».

В рецензии на советский фильм «Гроза» по пьесе А.Н.Островского С. Доливо пишет: «…но вот приятное исключение на фоне бесконечных пошлых "агиток": фильм, показанный гельсингфорсской публике в "Punainen Mylly", а именно «Гроза» (Островского). При всем желании в нем нельзя найти никакой тенденциозности. Несмотря на голод, лишения, на кошмарные условия жизни, несмотря на моральный гнет кремлевских палачей, не умер еще творческий дух в сердцах живущих Там. Фильм этот смотрится с неослабеваемым вниманием с начала до конца. Прежде всего хочется сказать несколько слов о той разнице, которая наблюдается между фильмами, скажем, американской продукции и фильмами русскими («Грозу» советским фильмом ни в коем случае назвать нельзя). Американский фильм само движение, русский же преисполнен чувства, пропитан переживаниями героев. (…) Фильм этот идет с колоссальным успехом в Гельсингфорсе. На первые две недели его видели более 25 тыс. человек (три сеанса в день). Его стоит посмотреть каждому русскому; он оставляет глубокое впечатление. Когда пишутся эти строки, еще неизвестно, пойдет ли «Гроза» в Выборге. Нам остается только посоветовать выборгской Русской колонии последовать примеру гельсингфорсской, почти в полном составе посетившей этот фильм».

В 1934 году советским полпредом Б.Штейном была организована в столице Финляндии выставка графического искусства. Ф.Шальнев (под этим именем публиковался Ф. Уперов) делился на страницах журнала своими впечатлениями: «Ничего своего, кроме прекрасной техники, советская графика не дает. Наиболее сильное впечатление производит серия гравюр Василия Кассиана "Днепрострой". Художнику удалось создать удивительно острую "атмосферу труда", тяжелую, давящую…(…) Обращают на себя внимание цветные литографии Ильи Соколова, изображающие "интерьеры" фабрик и заводов. В них очень удачно создано освещение игрой красного и желтого цвета. Интересны также цветные монографии Ильи Куприянова…(…) На выставке не было заметно рисунков чисто пропагандно-рекламного назначения. (…) В отдельной витрине выставлена «Калевала» в новом советском издании (пер. Бельского). Книга прекрасно издана (Академия) и богато иллюстрирована ("оформлена") коллективом мастеров аналитического искусства (школа Филонова). Рисунки не лишены оригинальности и выдумки, но в них совершенно отсутствует дух и стиль Калевалы, тот стиль, к которому мы привыкли благодаря проникнутым истинным духом финского эпоса мастерским иллюстрациям Гален-Калела».

Русской культуре и литературе посвящал свои материалы бывший издатель и редактор гельсингфорсской газеты «Новая русская жизнь» Юрий Григорков. Он автор, в частности, воспоминаний о Куприне, с которым познакомился в Финляндии.

В девяти номерах журнала печаталось исследование парижанина Н.Вощажникова «Вторая жизнь Марии Башкирцевой». В пятом номере за 1935 год публикация С.Ц.Добровольского «Вера Федоровна Комиссаржевская», из-под его пера вышла также юбилейная статья «Пушкин в свете современности». Обзоры «Современных записок», подготавливаемые Библиофилом (С.Руттенберг), знакомили читателей с новинками литературы. Рецензировались в журнале поэтические сборники, книги прозы, периодические издания. Живший в соседней Норвегии известный собиратель народных сказок В.Каррик опубликовал первую статью («Сказ и культура») в 1934 г., последняя, семнадцатая («Очерки реальной психологии. Пафос познания»), появилась на страницах «Журнала Содружества» в 1938-м.

Уделялось внимание литературе страны проживания. В 19351938 гг. в ежемесячнике печатались работы доцента Гельсингфорсского университета Марии Виднэс: «Финская литература с точки зрения современного читателя», «Финляндская литература на шведском языке», «Современная шведская проза в Финляндии». По случаю юбилея финского эпоса художник В.П.Семенов-Тян-Шанский подготовил статью «К столетию первого издания "Калевалы"».

О Семенове-Тян-Шанском, сыне знаменитого русского географа, следует сказать особо. Он писал о современной живописи, о положении русской школы в Гельсингфорсе, о состоянии русского языка и о влиянии на него революции. Предметом его интереса была также русская литература, в частности творчество Бунина, с которым он, по воспоминаниям нобелевского лауреата, «порой родственно»» переписывался.2 Не чужд был художник общественно-гражданской тематики: его статья к 75-летию освобождения крестьян печаталась в двух номерах журнала. Не меньше места уделено исследованию «Что такое концентрационный лагерь?», опубликованному в 1935 году. Материал для статьи собран, указывает В.П.Семенов-Тян-Шанский, «главным образом, из свидетельских показаний тех вполне достоверных свидетелей, которые лично прошли через "концлагерь" и волею счастливой судьбы вырвались...».

Положению в СССР посвящены также статьи Л.Иогансона «Как "там" живут» (№ 78, 1933) и Л.Линдеберга «Комсомол» (№ 14, 1934), «ВКП(б)» (№ 32, 1935), «Верность Родине» (№ 25, 1935), «О безбожии в России» (№ 26, 1935), «О школьной реформе в СССР» (№ 34, 1935). Рассуждая о комсомоле, Леонид Линдеберг, писавший много и на художественно-литературные темы, высказывает мысль, что организация комсомольцев может стать в будущем самостоятельной политической силой, так как объединяет самую активную часть молодежи. По его мнению, «настанет момент, когда, чтобы завоевать себе право на личную жизнь, комсомол должен будет вступить в борьбу с партией совместно со всей Русской Нацией и опрокинуть ее. От сегодняшних настроений комсомола до этого шага недалеко».

Некоторые авторы критических материалов о Советском Союзе укрылись за псевдонимами: Эхо. «В С.С.С.Р.» (№ 1011, 1933), Инж. В. «15 лет советского строительства» (№ 10, 1933), Н.С. «17-ый» (№ 16, 1934), -ов. «Красная Армия» (№ 25, 1935), Н.Новин. «Красное студенчество» (№ 21, 1934), -ов. «Что знают финны о СССР» (№ 32, 1935), -е-. «В С.С.С.Р.» (№ 15, 1934). Иной настрой по отношению к СССР чувствуется в статье «Ледяной город Шмидта. 1934 г.» (№ 5657, 1937) за подписью Историк: «Дети, взрослые, старики все несли им букеты цветов. Страна и народ с гордостью и любовью говорили о своих героях спасенных и спасителях, а весь мир не мог не признать, что эта любовь и эта гордость законны и справедливы».

3

Выходил в Выборге в 19331935 гг. и журнал «Клич». Он заявил о себе как об «органе национального освобождения под флагом национальной диктатуры» и призвал «к единению для активной борьбы с коммунизмом». В отличие от других эмигрантских изданий, журнал использовал новое правописание. На недоуменные в связи с этим вопросы редакция ответила: «16 лет население России обучается и пишет по этой орфографии. Наша главная цель слиться с нашим народом для единодушного разрешения стоящих перед нами жизненных вопросов, касающихся самого нашего бытия. Для этого нужен прежде всего общий язык, не только устный, но и письменный, а поэтому впредь до новых изменений в этом вопросе логика и интересы дела обязывают нас считаться с фактическим положением вещей в этой области».

«Клич» открыто выступал в поддержку фашизма. Следует помнить, что речь идет о первой половине 30-х годов, когда противники большевизма с интересом и надеждой следили за движением, провозгласившим борьбу с коммунизмом и сумевшим увлечь массы. Фашизм частью эмиграции рассматривался как «единственная и последняя страховка от коммунизма». Австрийский социалист Фридрих Адлер тогда пророчил: «В ближайшие годы Европа или осоветится, или офашистится».

В рецензии парижского «Возрождения» на первый номер «Клича» отмечалось, что журнал «производит и по внешности, и по содержанию приятное и веское впечатление». Выборгский «Журнал Содружества» также уделил внимание новому изданию: «Не входя в критику и оценку политического направления журнала, ибо сфера политики нам чужда, мы считаем необходимым отметить его боевой, проникнутый бодрящей энергией и активностью тон, который даже внешне отразился в его оригинальной художественной обложке, проникнутое глубоким патриотическим чувством содержание его статей, среди которых наше сердце очень порадовала горячая отповедь г-ну Эрио за его "увеселительную" прогулку по России и очень интересную информацию о положении в сов. России».

Автором статьи о поездке бывшего премьер-министра Франции Эррио в СССР был С.Добровольский (вероятно, старший). Из этой публикации видно, что русская эмиграция имела достоверную информацию о масштабах голода на Украине: «...собаки и кошки тоже почти съедены, а лошадиное мясо предмет роскоши и продается официально. Едят также и человеческое мясо: часто на рынках обнаруживаются котлеты или колбасы из человеческого мяса... Часто в деревнях бывают случаи, что матери убивают своих детей, чтобы их съесть». Отставной же премьер-министр ничего страшного не заметил, по возвращении во Францию он докладывал: «Все было хорошо в сов. России, только чересчур закармливали. (...) Я просил показать мне наиболее пострадавшее село на Украине. И что же? Я видел прекрасные сады с фруктовыми деревьями, урожаи, снятые при помощи усовершенствованных машин, работающих крестьян, вид которых был далеко не жалкий, прекрасных детей, хорошо упитанных».

Под давлением СССР финские власти в 1935 г. запретили «Клич», выпуск журнала был продолжен в Бельгии.

Произошли изменения и в «Журнале Содружества»: в последние три года на страницах ежемесячника практически не появлялись статьи о жизни в Советском Союзе, журнал приобрел черты чисто художественно-литературного издания. Сохранился, правда, раздел хроники местной жизни. Среди постоянных авторов этого периода поэты, жившие за пределами Финляндии: З.Шаховская, Ю.Терапиано, В.Мамченко, И.Сабурова, Ю.Мандельштам, К.Гершельман, Ю.Миролюбов... С января 1937 г. к выпуску ежемесячника подключилось Выборгское культурно-просветительное общество, ставшее с декабря того же года единственным его издателем. Четырьмя месяцами позже Содружество бывших учащихся решением общего собрания было распущено. На восемь месяцев пережил своего учредителя журнал.

Заканчивалась предвоенная эпоха, чувствовалось приближение катастрофы. За год до войны в Суоми проживало 5819 бывших подданных Российской империи, русских, не имевших финляндского гражданства на две тысячи меньше, чем за десять лет до того. В 19181940 гг. 4 330 русских получили финские паспорта. Утрата Выборга, Карельского перешейка и других территорий, повлекшая переселение русских в разные районы Финляндии, ускорила процесс ассимиляции. В 1961 г. в Табуновской русской школе училось всего четыре человека. Для сравнения: в 1918 г. это гельсингфорсское учебное заведение насчитывало 400 учащихся.

«Русская мысль», Париж,
N 4373, 19 июля 2001 г.
Текст опубликован с небольшими сокращениями.

* В статье, опубликованной в "Русской мысли", газета названа мной "белградской". Благодарю dr. J. Katchaki из Антверпена, обратившего внимание на досадную ошибку. В использованных мною материалах не указывается место издания "Последних новостей", но из контекста понятно, что речь идет о хорошо известной читателю газете, таковой была выходящая в Париже под редакцией П.Н Милюкова газета "Последние новости" (19201939).


1. Valdemar Melanko. Käkisalmelainen Nikolai Bojarinov ja Viipurin Sergejeffit // Käkisalmelainen Nikolai Bojarinov ja Viipurin Sergejeffien kuvaajana. Helsinki 1997.
2. И.А. Бунин. Семеновы и Бунины // И.А. Бунин. Собрание сочинений в девяти томах. Том. девятый. Москва, 1967.

Публикации о "Журнале Содружества":


Продолжение Содержание
Главная страница